Жаворонковость, привитая собачкой, подняла меня и в Берлине необязательно рано. Точнее, проснулся от низкого лая с первой мыслью «как это так быстро пёс повзрослел, пока меня не было, и это сколько ж тогда меня не было».
Читал «Зависть», завидовал сам себе, что это происходит прямо сейчас. Пошёл пройтись по району в сторону солнца, в том смысле, что оно меня выманило (ладно, я сам на него выманился) и немедленно ушло за тучку, этакая недосягаемая штучка, зато под тучкой кофе вкуснее. Ритмично сэмплом из хоррора скрипит качелька. И детский щебет, видать с площадки. Решено: сам буду сидеть пить кофе и есть лимоновый пирог, их как раз принесли, а туда отправлю-ка своего внутреннего ребёнка, как тут выяснилось - ему 4, пускай побегает. А что турецкого не знает, ну так что теперь совсем ни с кем не общаться? Я тоже не знаю. Блин, хотя он, наверно, пока и английского не знает. Ладно, не буду отправлять и пирогом поделюсь. И ос вот отогнал, не ссы, пацанёнок, я типа рядом и всё такое.
Желтеют первые листики, ну какие же они первые, они следующие первые. Балкончик с выцветшими флажками как метафора выцветшей эмиграции или даже, скорее, как балкончик с выцветшими флажками и комнатными растениями, которые очевидно кто-то поливает помимо великого дождя